Идея Феррари – в чём она состояла? Часть 5.
Энцо здорово сдал. Этот Лауда отчехвостил его, дай бог. Ему был оказан почёт – место пусть не первого, но второго пилота, но ведь не где-нибудь, а в Скудерии! То, что он едва не сгорел заживо на Северной петле Нюрбургринга и отделался обезображенным лицом, это же судьба, кто из нас над ней властен? Его вытаскивали из этого ада те, с кем он ругался каждый день, едва придя утром. Через шесть недель он уже снова на старте. Но в следующем, 1977 году снова Нюрбургринг. Ливень с грозой. Лауда отказывается выезжать на трассу. «Трус!» – рычит Коммендаторе.

Следующий сезон Лауда откатывает без единого штрафного очка. «Компьютер», – говорят друг другу рядовые болельщики, журналисты и персонал команд. И тут Лауда говорит, что уходит к Берни Экклстоуну, только что купившему команду Джека Брэбхэма и мотор Альфа-Ромео. «Иуда», – презрительно бросает ему вслед Коммендаторе. А теперь он думает – мы оба не остались в долгу, выясняя отношения. Ну не мог он выехать из боксов. Естественно, ему было трудно, он не смог себя сломать, и он в этом не виноват, гром и молния! Но и я не сдержался, а вы бы смогли без малого тридцать лет вытягивать на нервах? Как мне не хватает Дино. Дино, сынок, будь ты рядом, я бы простил что угодно кому угодно. А теперь – всё…

Ники Лауда.

Спаренные турбокомпрессоры IHI сообщили мотору 288GTO мощность 400 сил. На «кольце» машина не особенно выделяется из общей массы. На дороги выходят «танки автострад», массивные купе, получившие славное имя Testarossa, которое теперь пишется в одно слово. Болельщик Милле Милья, стоявший некогда на обочине трассы, мог бы и не признать в них Ferrari. На такой машине, впрочем, вполне пристало передвигаться «звёздам», вот хотя бы Диего Марадоне. Она присутствует в сериалах «Майами Вайс» и «Беверли-Хиллз 90210». Первый экземпляр Testarossa, изготовленный для Джованни Аньелли, имел открытый кузов спайдер, все остальные были закрытыми купе, иногда тюнинговые фирмы переделывали их в полуоткрытые тарги.

Энцо заканчивает проект с символичным названием F40, оглядываясь – вот я сорок лет у руля. Какие сорок лет. Ну, сделано немало. Может, меня забудут не сразу.

F40 в Женеве. Напротив – Jaguar XJ220. Описать можно одним словом: космос. Стендисты Ferrari с отчаяния пригласили стриптизёршу и устроили шоу прямо на капоте своей новинки. Но F40 и без этого стоит внимания! И несущая основа, и облицовка – композиты. Ничего лишнего – интерьера нет напрочь, сиденья отформованы из пластика, ремнями приковываешься намертво, кондиционер есть только потому, что без него не выжить – от мотора жар, как от мартена. По бульварам на этом не пофланируешь, однако машина стала расходиться, как в мегаполисах минералка в июльское пекло. Отпускная цена была несколько ниже 300 тыс., но цена при перепродаже на какое-то время подскочила до миллиона. Удалось продать свыше 500 машин, пока не упал спрос. В наше время намного больше желающих расстаться с такими машинами, чем тех, кто хотел бы их приобрести. Но 90% предложений сомнительны даже на первый взгляд.

О F40 было больше публикаций, чем о любом другом Ferrari. Пожалуй, ни один автомобиль не пользовался такой популярностью у прессы. Даже у советской. Он попал и в «За рулём», и в «Технику – молодёжи», и в толстый цветной спецвыпуск «Известий» – сразу как перевернёте первый лист. У нас его, правда, считали престижным, комфортабельным купе. Разве мог сотрудник «Техники – молодёжи» реально оценить характер этой машины, поехав на выставку в Турине или Париже, а тем более на тест-драйв в Маранелло?

Originally posted 2010-10-14 11:19:53.

Страницы: 1 2